Реформа медицине противопоказана

Так считает главный врач областной клинической больницы Вадим Мурадян, комментируя первые итоги «оптимизации» российского здравоохранения. Своими соображениями по этой проблеме он поделился на депутатских слушаниях, а в канун Дня медицинского работника ответил на вопросы «Орловской городской газеты».

– Вадим Феликсович, волна «реформаторских» сокращений кадров и больничных коек пока не затронула Орёл, а вы уже призвали законодательную и исполнительную власти области объявить мораторий и не прописывать медицине оптимизацию, названную некоторыми медиками «резекцией».

– Боюсь, что это дело совсем скорого времени. Бью тревогу сегодня, потому что еще надеюсь на благоразумие чиновников от медицины всех рангов. С высоты их офисов российские реалии видны плохо. Иначе бы они увидели, что у Орловской области своя специфика, которую нужно не ломать, а развивать и поддерживать. В отличие от других областей у нас сравнительно малая территория с хорошо развитой инфраструктурой здравоохранения: во всех районах действуют больницы, в селах сохранены ФАПы. Их, если не ошибаюсь, около 450. Практически все подключены к центральным коммуникациям, оснащены необходимым для первичного диагностирования оборудованием. Возможно, не все действуют из-за дефицита специалистов. Так давайте оптимизировать медицину в плане повышения качества управления в здравоохранении, ужесточив требования к исполнению соответствующих соглашений между мин здравом и региональными властями. Нужна и более четкая регламентация государственной составляющей национального здравоохранения. Здесь много направлений: укрепить сеть первичной врачебной помощи, выработать систему закрепления молодых специалистов, усилить роль медиков и работодателей в диспансеризации населения. Какие рычаги привести в действие – это нужно хорошо обдумать, исходя из конкретных реалий региона, но в любом случае лозунг большевиков разрушить «до основанья, а затем...» российской медицине абсолютно противопоказан. Смотрите, в бюджете на 2015 год «медицинская» строчка области не досчиталась более миллиарда рублей. Пострадали не только льготники, с большим дефицитом принята и программа государственных гарантий по бесплатной медицинской помощи. Это привело к сокращению видов услуг за счет обязательного медицинского страхования. Если учесть, что дорожают лекарства, медицина становится все менее доступной. Согласитесь, симп том очень тревожный, почти «клиника», и не говорить об этом нельзя.

– В свое время СМИ много писали о реализации в Орловской области национального проекта «Здравоохранение», называли миллионные суммы, перечисляли названия сложных аппаратов и оборудования, пополнившие многие лечебные учреждения Орла и области. Как можно губить все это?

– Мне тоже все это малопонятно. Ясно одно: сегодня приоритеты другие. Можно понять логику экономистов-прагматиков: резкое сокращение средств на здравоохранение высвободит деньги на иные нужды, но это антигуманная политика, рассчитанная на сиюминутную выгоду. Если мы ей подчинимся, то совсем скоро пострадает вся наработанная десятилетиями система национального здравоохранения, еще совсем недавно считавшаяся одной из лучших в мире.

Вот еще в тему «логики». С 2011 только в целевую программу первоочередных мероприятий по профилактике, диагностике и лечению сердечно-сосудистых заболеваний наша область вложила порядка 73 млн рублей. В результате на базе нашей больницы создан региональный сосудистый центр и еще три первичных центра действуют в больнице им. Семашко, Ливенской и Мценской ЦРБ. Располагая такой мощной базой и штатом опытных профессионалов, мы выявляем инфаркты и инсульты, делаем коронографию и стентирование артерий сердца, а в ряде случаев и головного мозга. Это в экстренных случаях. А вот если планово выявлен больной с патологией сосуда, и с ним в скором времени может случиться катастрофа, мы, вместо того, чтобы человека быстро прооперировать, вынуждены буквально снимать его с операционного стола и отправлять в профильные центры Москвы – только там предписано делать подобные операции. Но в этом случае теряется время – самый главный фактор для успешного лечения при сердечно-сосудистых поражениях. Вот вам и логика!

– Нельзя не учитывать и социальную составляющую российской медицины. Треть нашего населения – пожилые люди и кроме букета болезней к врачу их ведет и острая потребность в общении. А если закроют сельский ФАП или сократят терапевтов в районной поликлинике – куда они пойдут?

– Увы, система ОМС, списанная нами с немецкого опыта, не предполагает затраты врачебного времени на диалог с пациентом, тем более на сочувствие. Какую сторону медицины ни возьми – приходишь к выводу: поспешное насаждение европейских стандартов в систему российского здравоохранения нам совершенно противопоказано. Взять хотя бы перевод круглосуточных коек на дневной ускоренный стационар. Двухлетний опыт москвичей, Ярославля и Казани уже показал, что результаты лечения значительно ухудшились. По данным Роскомстата России, с начала 2015 года отмечается отрицательная статистика прироста населения. Уверен, что это результат сокращения коек в родильных домах многих российских областей. Растет и смертность по основным классам заболеваний. Среди онкобольных увеличилось число суицидов. Все это следствие «реформы»: бесплатная медицинская помощь становится менее доступной даже для жителей крупных городов. Зато процветают, наращивают мощности и штаты частные клиники – «реформа», скорее всего, пока выгодна только им.

Понимаю, в Германии, где я не раз бывал в служебных командировках, после операции, прошедшей без осложнений, принято выписывать на третий день, и больной, живущий в любой точке страны, может в короткое время доехать до медучреждения и получить послеоперационную помощь. У него для этого есть машина, отличная связь с врачом, хорошие дороги. А на что сможет рассчитывать житель орловской глубинки, выписанный после операции в свое село, где закрыт ФАП и рейсовая маршрутка ходит через день? Даже если и доедет – к врачу очередь, его никто не ждет...

– Есть ли выход из ситуации?

– Знаете, российские медики переживали и более страшные времена. Вспомните 90-е годы, когда страну так штормило, что она до сих пор не может восстановить промышленность, сельское хозяйство и науку. А медицина выжила и кадры свои основные сохранила. Они и теперь востребованы и составляют золотой фонд многих учреждений здравоохранения. Это благодаря им в орловских стационарах и поликлиниках так сильно развита система наставничества, и молодые врачи после института сразу же попадают под строгое, но заботливое крыло. Пережили разруху, общими усилиями переживем и реформу. Люди моей профессии уже не раз доказывали миру, что врач в России – больше чем врач. На том и стоим...